Рассказ Ночь Исцеления Борис Екимов

Уважаемый гость, на данной странице Вам доступен материал по теме: Рассказ Ночь Исцеления Борис Екимов. Скачивание возможно на компьютер и телефон через торрент, а также сервер загрузок по ссылке ниже. Рекомендуем также другие статьи из категории «Сборники».

Рассказ Ночь Исцеления Борис Екимов.rar
Закачек 3355
Средняя скорость 1400 Kb/s

Рассказ Ночь Исцеления Борис Екимов

Внук приехал и убежал с ребятами на лыжах кататься. А баба Дуня, разом оживев, резво суетилась в доме: варила щи, пирожки затевала, доставала варенья да компоты и поглядывала в окошко, не бежит ли Гриша.

К обеду внук заявился, поел, как подмел, и снова умчался, теперь уже в лог, с коньками. И снова баба Дуня осталась одна. Но то было не одиночество. Лежала на диване рубашка внука, книжки его – на столе, сумка брошена у порога – все не на месте, вразлад. И живым духом веяло в доме. Сын и дочь свили гнездо в городе и наезжали редко – хорошо, коли раз в год. Баба Дуня у них гостила не чаще и обыденкою вечером возвращалась к дому. С одной стороны, за хату боялась: какое ни есть, а хозяйство, с другой…

Вторая причина была поважнее: с некоторых пор спала баба Дуня тревожно, разговаривала, а то и кричала во сне. В своей хате, дома, шуми хоть на весь белый свет. Кто услышит! А вот в гостях… Только улягутся и заснут, как забормочет баба Дуня, в голос заговорит, кого-то убеждает, просит так явственно в ночной тишине, а потом закричит: «Люди добрые! Спасите!!» Конечно, все просыпаются – и к бабе Дуне. А это сон у нее такой тревожный. Поговорят, поуспокаивают, валерьянки дадут и разойдутся. А через час то же самое: «Простите Христа ради! Простите!!» И снова квартира дыбом. Конечно, все понимали, что виновата старость и несладкая жизнь, какую баба Дуня провела. С войной и голодом. Понимать понимали, но от этого было не легче.

Приезжала баба Дуня – и взрослые, считай, ночь напролет не спали. Хорошего мало. Водили ее к врачам. Те прописывали лекарства. Ничего не помогало. И стала баба Дуня ездить к детям все реже и реже, а потом лишь обыденкою: протрясется два часа в автобусе, спросит про здоровье и назад. И к ней, в родительский дом, приезжали лишь в отпуск, по лету. Но вот внучек Гриша, в годы войдя, стал ездить чаще: на зимние каникулы, на Октябрьские праздники да Майские.

Он зимой и летом рыбачил в Дону, грибы собирал, катался на коньках да лыжах, дружил с уличными ребятами,– словом, не скучал. Баба Дуня радовалась.

И нынче с Гришиным приездом она про хвори забыла. День летел невидя, в суете и заботах. Не успела оглянуться, а уж синело за окном, подступал вечер. Гриша заявился по-светлому. Загромыхал на крылечке,

в хату влетел краснощекий, с морозным духом и с порога заявил:

– Завтра на рыбалку! Берш за мостом берется. Дуром!

– Это хорошо,– одобрила баба Дуня. – Ушицей посладимся.

Гриша поужинал и сел разбирать снасти: мормышки да блесны проверял, на полдома разложив свое богатство. А баба Дуня устроилась на диване и глядела на внука, расспрашивая его о том о сем. Внук все малым был да малым, а в последние год-два вдруг вытянулся, и баба Дуня с трудом признавала в этом длинноногом, большеруком подростке с черным пушком на губе косолапого Гришатку.

– Бабаня, я говорю, и можешь быть уверена. Будет уха и жарёха. Фирма веников не вяжет. Учти.

– С вениками правда плохо,– согласилась баба Дуня. – До трех рублей на базаре.

– Про рыбу… У меня дядя рыбалил. Дядя Авдей. Мы на Картулях жили. Меня оттуда замуж брали. Так там рыбы…

Гриша сидел на полу, среди блесен и лесок, длинные ноги – через всю комнатушку, от кровати до дивана. Он слушал, а потом заключил:

– Ничего, и мы завтра наловим: на уху и жарёху.

За окном солнце давно закатилось. Долго розовело небо. И уже светила луна половинкою, но так хорошо, ясно. Укладывались спать. Баба Дуня, совестясь, сказала:

– Ночью, може, я шуметь буду. Так ты разбуди.

– Я, бабаня, ничегоне слышу. Сплю мертвым сном.

– Ну и слава Богу. А то вот я шумлю, дура старая. Ничего поделать не могу.

Заснули быстро, и баба Дуня, и внук.

Но среди ночи Гриша проснулся от крика:

– Помогите! Помогите, люди добрые!

Спросонья, во тьме он ничего не понял, и страх обуял его.

– Люди добрые! Карточки потеряла! Карточки в синем платочке завязаны! Может, кто поднял? – И смолкла.

Гриша уразумел, где он и что. Это кричала баба Дуня. Во тьме, в тишине так ясно слышалось тяжелое бабушкино дыхание. Она словно продыхивалась, сил набиралась. И снова запричитала, пока не в голос:

– Карточки… Где карточки… В синем платочке… Люди добрые. Ребятишки… Петяня, Шурик, Таечка… Домой приду, они исть попросят… Хлебец дай, мамушка. А мамушка ихняя… – Баба Дуня запнулась, словно ошеломленная, и закричала: – Люди добрые! Не дайте помереть! Петяня! Шура! Таечка! – Имена детей она словно выпевала, тонко и болезненно.

Гриша не выдержал, поднялся с постели, прошел в бабушкину комнату.

– Бабаня! Бабаня! – позвал он. – Проснись…

Она проснулась, заворочалась:

– Гриша, ты? Разбудила тебя. Прости, Христа ради.

– Ты, бабаня, не на тот бок легла, на сердце.

– На сердце, на сердце… – послушно согласилась баба Дуня.

– Нельзя на сердце. Ты на правый ложись.

Она чувствовала себя такой виноватой. Гриша вернулся к себе, лег в постель. Баба Дуня ворочалась, вздыхала. Не сразу отступало то, что пришло во сне. Внук тоже не спал, лежал, угреваясь. Про карточки он знал. На них давали хлеб. Давно, в войну и после. А Петяня, о котором горевала бабушка,– это отец.

В жидкой тьме лунного полусвета темнели шкаф и этажерка. Стало думаться об утре, о рыбалке, и уже в полудреме Гриша услыхал бабушкино бормотание:

– Зима находит… Желудков запастись… Ребятишкам, детишкам… – бормотала баба Дуня. – Хлебца не хватает, и желудками обойдемся. Не отымайте, Христа ради… Не отымайте! – закричала она. – Хучь мешки отдайте! Мешки! – И рыдания оборвали крик.

Гриша вскочил с постели.

– Бабаня! Бабаня! – крикнул он и свет зажег в кухне. – Бабаня, проснись!

Баба Дуня проснулась. Гриша наклонился над ней. В свете электрической лампочки засияли на бабушкином лице слезы.

– Бабаня… – охнул Гриша. – Ты вправду плачешь? Так ведь это все сон.

– Плачу, дура старая. Во сне, во сне…

– Но слезы-то зачем настоящие? Ведь сон – неправда. Ты вот проснулась, и все.

– Да это сейчас проснулась. А там…

– А чего тебеснилось?

– Снилось? Да нехорошее. Будто за желудями я ходила за Дон, на горы. Набрала в два мешка. А лесники на пароме отнимают. Вроде не положено. И мешки не отдают.

– А зачем тебе желуди?

– Кормиться. Мы их толкли, мучки чуток добавляли и чуреки пекли, ели.

– Бабаня, тебе это только снится или это было? – спросил Гриша.

– Снится,– ответила баба Дуня. – Снится – и было. Не приведи, Господи. Не приведи… Ну, ложись иди ложись…

Гриша ушел, и крепкий сон сморил его или баба Дуня больше не кричала, но до позднего утра он ничего не слышал. Утром ушел на рыбалку и, как обещал, поймал пять хороших бершей, на уху и жарёху.

За обедом баба Дуня горевала:

– Не даю тебе спать… До двух раз булгачила. Старость.

– Бабаня, в голову не бери,– успокаивал ее Гриша. – Высплюсь, какие мои годы…

Он пообедал и сразу стал собираться. А когда надел лыжный костюм, то стал еще выше. И красив он был, в лыжной шапочке, такое милое лицо, мальчишечье, смуглое, с румянцем. Баба Дуня рядом с ним казалась совсем старой: согбенное, оплывающее тело, седая голова тряслась, и в глазах уже виделось что-то нездешнее. Гриша мельком, но явственно вспомнил лицо ее в полутьме, в слезах. Воспоминание резануло по сердцу. Он поспешил уйти.

Во дворе ждали друзья. Рядом лежала степь. Чуть поодаль зеленели посадки сосны. Так хорошо было бежать там на лыжах. Смолистый дух проникал в кровь живительным холодком и, казалось, возносил над лыжней послушное тело. И легко было мчаться, словно парить. За соснами высились песчаные бугры – кучугуры, поросшие красноталом. Они шли холмистой грядой до самого Дона. Туда, к высоким задонским холмам, тоже заснеженным, тянуло. Манило к крутизне, когда наждаковый ветер высекает из глаз слезу, а ты летишь, чуть присев, узкими щелочками глаз цепко ловишь впереди каждый бугорок и впадинку, чтобы встретить их, и тело твое цепенеет в тряском лете. И наконец пулей вылетаешь на гладкую скатерть заснеженной реки и, расслабившись, выдохнув весь испуг, катишь и катишь спокойно, до середины Дона.

Этой ночью Гриша не слыхал бабы Дуниных криков, хотя утром по лицу ее понял, что она неспокойно спала.

– Не будила тебя? Ну и слава Богу…

Прошел еще день и еще. А потом как-то к вечеру он ходил на почту, в город звонить. В разговоре мать спросила:

– Спать тебе баба Дуня дает? – И посоветовала: – Она лишь начнет с вечера говорить, а ты крикни: «Молчать!» Она перестает. Мы пробовали.

По пути домой стало думаться о бабушке. Сейчас, со стороны, она казалась такой слабой и одинокой. А тут еще эти ночи в слезах, словно наказание. Про старые годы вспоминал отец. Но для него они прошли. А для бабушки – нет. И с какой, верно, тягостью ждет она ночи. Все люди прожили горькое и забыли. А у нее оно снова и снова. Но как помочь?

Свечерело. Солнце скрылось за прибрежными донскими холмами. Розовая кайма лежала за Доном, а по ней – редкий далекий лес узорчатой чернью. В поселке было тихо, лишь малые детишки смеялись, катаясь на салазках. Про бабушку думать было больно. Как помочь ей? Как мать советовала? Говорит, помогает. Вполне может и быть. Это ведь психика. Приказать, крикнуть – и перестанет. Гриша неторопливо шел и шел, раздумывая, и в душе его что-то теплело и таяло, что-то жгло и жгло. Весь вечер за ужином, а потом за книгой, у телевизора Гриша нет-нет да и вспоминал о прошедшем. Вспоминал и глядел на бабушку, думал: «Лишь бы не заснуть».

За ужином он пил крепкий чай, чтобы не сморило. Выпил чашку, другую, готовя себя к бессонной ночи. И пришла ночь. Потушили свет. Гриша не лег, а сел в постели, дожидаясь своего часа. За окном светила луна. Снег белел. Чернели сараи. Баба Дуня скоро заснула, похрапывая. Гриша ждал. И когда наконец из комнаты бабушки донеслось еще невнятное бормотание, он поднялся и пошел. Свет в кухне зажег, встал

возле кровати, чувствуя, как охватывает его невольная дрожь.

– Потеряла… Нет… Нету карточек… – бормотала баба Дуня еще негромко. – Карточки… Где… Карточки… – И слезы, слезы подкатывали.

Гриша глубоко вздохнул, чтобы крикнуть громче, и даже ногу поднял – топнуть. Чтобы уж наверняка.

– Хлебные… карточки… – в тяжкой муке, со слезами выговаривала баба Дуня.

Сердце мальчика облилось жалостью и болью. Забыв обдуманное, он опустился на колени перед кроватью и стал убеждать, мягко, ласково:

– Вот ваши карточки, бабаня… В синем платочке, да? ваши в синем платочке? Это ваши, вы обронили. А я поднял. Вот видите, возьмите,– настойчиво повторял он. – Все целые, берите…

Баба Дуня смолкла. Видимо, там, во сне, она все слышала и понимала. Не сразу пришли слова. Но пришли:

– Мои, мои… Платочек мой, синий. Люди скажут. Мои карточки, я обронила. Спаси Христос, добрый человек…

По голосу ее Гриша понял, что сейчас она заплачет.

– Не надо плакать,– громко сказал он. – Карточки целые. Зачем же плакать? Возьмите хлеба и несите детишкам. Несите, поужинайте и ложитесь спать,– говорил он, словно приказывал. – И спите спокойно. Спите.

Баба Дуня смолкла.

Гриша подождал, послушал ровное бабушкино дыхание, поднялся. Его бил озноб. Какой-то холод пронизывал до костей. И нельзя было согреться. Печка была еще тепла. Он сидел у печки и плакал. Слезы катились и катились. Они шли от сердца, потому что сердце болело и ныло, жалея бабу Дуню и кого-то еще… Он не спал, но находился в странном забытьи, словно в годах далеких, иных, и в жизни чужой, и виделось ему там, в этой жизни, такое горькое, такая беда и печаль, что он не мог не плакать. И он плакал, вытирая слезы кулаком. Но как только баба Дуня заговорила, он забыл обо всем. Ясной стала голова, и ушла из тела дрожь. К бабе Дуне он подошел вовремя.

– Документ есть, есть документ… вот он… – дрожащим голосом говорила она. – К мужу в госпиталь пробираюсь. А ночь на дворе. Пустите переночевать.

Гриша словно увидел темную улицу и женщину во тьме и распахнул ей навстречу дверь.

– Конечно, пустим. Проходите, пожалуйста. Проходите. Не нужен ваш документ.

– Документ есть! – выкрикнула баба Дуня.

Гриша понял, что надо брать документ.

– Хорошо, давайте. Так… Ясно. Очень хороший документ. Правильный. С фотокарточкой, с печатью.

– Правильный… – облегченно вздохнула баба Дуня.

– Все сходится. Проходите.

– Мне бы на полу. Лишь до утра. Переждать.

– Никакого пола. Вот кровать. Спите спокойно. Спите. Спите. На бочок и спите.

Баба Дуня послушно повернулась на правый бок, положила под голову ладошку и заснула. Теперь уже до утра. Гриша посидел над ней, поднялся, потушил в кухне свет. Кособокая луна, опускаясь, глядела в окно. Белел снег, посверкивая живыми искрами. Гриша лег в постель, предвкушая, как завтра расскажет бабушке и как они вместе… Но вдруг обожгло его ясной мыслью: нельзя говорить. Он отчетливо понял – ни слова, ни даже намека. Это должно остаться и умереть в нем. Нужно делать и молчать. Завтрашнюю ночь и ту, что будет за ней. Нужно делать и молчать. И придет исцеление.

Война оставляет глубокий след в душе каждого человека. Часто и по прошествии множества лет воспоминания о ней не дают спокойно спать и жить. Доказательством этого является рассказ Б. Екимова «Ночь исцеления», краткое содержание которого предлагается ниже.

Вынужденное одиночество

Дети бабы Дуни давно устроились в городе. А она жила в деревне одна, потому приезд внука ее словно окрылил. Старушка суетилась, готовила и, даже когда Гриша убегал на улицу, чувствовала: в доме есть живая душа. Так начинает свое произведение Екимов Борис.

«Ночь исцеления» продолжается рассказом об обстоятельствах, заставивших бабу Дуню коротать век в одиночестве. Конечно, хозяйство, которое не бросишь. Однако была причина поважнее: старушка не могла спокойно спать. Сначала она часто навещала детей, но каждый ее приезд превращался для них в испытание. Она кричала по ночам: сказывались трудные военные годы и голод — и не давала спать. Бабу Дуню водили по врачам, но ничего не помогало. И теперь она бывала в городе только днем, а к вечеру непременно возвращалась домой. Благо подросший Гриша гостил у нее и зимой, и по весне.

Неспокойная ночь

Внук вернулся с улицы к вечеру и, поужинав, стал готовить снасти к утренней рыбалке. А баба Дуня сидела рядом и все спрашивала его о том да о сем. Когда ложились спать, предупредила, чтобы, если ночью шуметь будет, разбудил. Гриша лишь отмахнулся: спит он крепко, потому ничего не услышит. Однако вскоре его разбудил крик бабы Дуни. Она говорила о потерянных карточках, о голодных детях и просила о помощи – отмечает автор рассказа «Ночь исцеления».

Краткое содержание того, что произошло дальше, можно передать так. Внук попытался успокоить бабушку, и она снова заснула. Но через время крики повторились. Теперь баба Дуня говорила о желудях, которые, как узнал разбудивший ее Гриша, в голодные годы она молола и добавляла в муку. Старушка чувствовала себя очень виноватой перед внуком и, вероятно, до утра уже не спала. Во всяком случае, уставший Гриша заснул крепким сном и больше ничего не слышал.

Вариант решения проблемы

На следующий день внук отправился на рыбалку, затем на лыжную прогулку. Умаялся так, что ночью спал как убитый. А днем баба Дуня все извинялась, на что Гриша успокаивал ее и просил не волноваться. Так проходило время — отмечает Б. Екимов в рассказе «Ночь исцеления», краткое содержание которого вы читаете.

Как-то мальчик звонил с почты в город. Мама спросила, спит ли он по ночам. Потом дала совет — если баба Дуня начнет кричать, нужно подойти и крикнуть: «Молчать!» Помогает. По дороге домой Гриша все думал о бабушке. Она казалась ему маленькой и слабой. Мучил вопрос о том, как ей помочь. Для других горести давно закончились, а бабу Дуню все не отпускают. Весь вечер у мальчика что-то щемило и жгло в груди. И он думал: только бы не уснуть.

Ночь исцеления: краткое содержание эпизода

Когда из комнаты бабы Дуни донеслось бормотание, Гриша подошел к ее кровати и уж приготовился крикнуть и даже топнуть ногой. Но, услышав мучительные стоны и прерывающуюся речь о хлебных карточках, он вдруг испытал жалость и боль, затем опустился на колени. Внук стал ласково убеждать: «Вот ваш синий платочек, бабушка. А в нем карточки». Старушка сначала помолчала, затем стала благодарить и успокоилась. А Гришу бил озноб, и по лицу его катились слезы. Они шли из самого сердца, наполненного жалостью к бабе Дуне. Когда же она вновь заговорила, внук подошел к ней и все также ласково продолжал ей отвечать и успокаивать. Старушка повернулась и спокойно заснула, теперь уже до утра.

Гриша лег в постель и подумал, как утром обо всем расскажет бабушке. И вдруг его словно обожгло: нельзя об этом говорить. Теперь внук знал, что и завтра, и потом он будет рядом с бабой Дуней. И тогда придет ночь исцеления. Анализ случившегося заставил его по-новому взглянуть и на прошлое, и на настоящее.

Разделы: Литература

Рассказ Бориса Екимова “Ночь исцеления”.

Тип урока: урок-размышление.

Таблица “Элементы сюжета”.
Картина “Вид Дона”.
5 портретов матерей военных лет.
Ксерокопии текста рассказа Б.Екимова “Ночь исцеления”.

Опережающее домашнее задание:

Общее: Прочитать рассказ. Подготовиться к пересказу основных эпизодов. Провести сопоставительный анализ образов героев по 6 вопросам и сделать соответствующие выводы. Выписать в тетради описание внешности главных героев.

Индивидуальное: Ученик готовит сообщение об авторе.

I. Слово учителя.
II. Сообщение об авторе.
III. Беседа по выявлению усвоения содержания.
IV. Пересказы основных эпизодов.
V. Описание внешности главных героев.
VI. Сопоставительный анализ.
VII. Творческая работа по тексту – раскрытие душевного богатства Гриши.
VIII.Обобщающая беседа – размышление.
IX. Заключение по уроку.
X. Домашнее задание.

Урок начинается с объявления учителем темы, целей урока. Учитель настраивает учащихся на размышление, анализирование; призывает проникнуть в самое сердце героев, заглянуть в человеческие души. Далее замечает, что среди известных писателей есть имена совершенно малоизвестные – таковым и является автор рассказа “Ночь исцеления” Борис Екимов. Учитель просит послушать сообщение ученика об авторе:

“Борис Петрович Екимов родился в 1938 году в городе Игарке Красноярского края. Окончив среднюю школу, работал электриком на заводах Волгограда. Является автором 4-х сборников рассказов. Состоял членом Союза писателей Советского Союза. До 1987 года проживал в городе Калач-на-Дону Волгоградской области. К большому сожалению, о его дальнейшей судьбе нам ничего не известно”.

После этого учитель проводит краткую беседу, чтобы выяснить, как учащиеся восприняли содержание рассказа. Ученики перечисляют имена героев, обозначают место и время действия. Вносится предположение, что действие происходит в 70-е – 80-е годы XX века, если учесть, что во время войны баба Дуня была женщиной лет 35-40 с тремя детьми и сейчас имеет внука-подростка. Но параллельно с этим временем ребята переносятся в прошлое, в тяжелые годы Великой Отечественной войны.

Учитель поясняет, что автор использует прием сна, с помощью которого хочет показать, что память о войне неразрывно связана с сознанием людей, переживших Великую Отечественную. Война даже во сне не оставляет в покое стариков, заставляет не забывать те страшные годы.

Затем вывешивается таблица “Элементы сюжета”, придерживаясь которой учащиеся пересказывают основные эпизоды. Основными этапами сюжета ребята назвали:

Завязка – тревожные сны бабы Дуни.

Развитие действия – приезд внука, его разнообразные занятия; радость бабушки; переживания по поводу тревожного сна.

Кульминация – нахождение единственно верного способа исцеления бабушки.

Развязка – надежда на полное исцеление бабушки.

Далее описывается внешность главных героев. Учащиеся вычитывают из тетради:

“Баба Дуня была совсем старой: согбенное оплывающее тело; седая голова тряслась, и в глазах уже виделось что-то нездешнее”. “С приездом Гриши баба Дуня, разом оживев, резво суетилась в доме: варила щи, пирожки затевала, доставала варенья да компоты. Даже про хвори забыла”.

Вывешиваются портреты старых русских женщин. Учащимся задается вопрос: “Как вы думаете, какой из этих портретов подходит для нашей бабы Дуни? Почему?”

После мотивированного выбора одного из портретов описывается внешность Гриши:

“Внук все малым был да малым, а в последние год-два вдруг вытянулся, и баба Дуня с трудом признавала в этом длинноногом большеруком подростке с черным пушком на губе косолапого Гришатку”.

“Гриша сидел на полу, среди блесен и лесок, длинные ноги – через всю комнатушку, от кровати до дивана”.

“А когда надел лыжный костюм, то стал еще выше. И красив он был, такое милое лицо, мальчишечье, смуглое, с румянцем”.

На вопрос: “Сколько лет можно дать Грише?”, ребята отвечают: “Лет 15-16. Он уже почти взрослый, ребячество осталось позади. Остались позади и детские забавы, игры, нет пустого времяпровождения. Гриша вступил в пору юности, о многом размышляет. Занятия серьезные, полезные – укрепляет здоровье, рыбачит. Твердо стоит на данном слове, как обещал, поймал 5 больших бершей на уху и жареху. А раз он твердо стоит на сказанном, то и начатое дело доведет до конца.

Учитель: Дома вы должны были вдумчиво, с исследовательским подходом проследить за характерами героев, сравнить их по 6 вопросам. Таким образом, переходим к сопоставительному анализу, попутно делая краткие соответствующие выводы.

Далее проводится развернутый анализ, и всю эту работу в законченном виде можно увидеть в предлагаемой ниже таблице:

1. Поддерживаю ли они бабу Дуню?

  • “свили гнезда в городе”;
  • “наезжали редко – хорошо, коли раз в год”;
  • “И к ней, в родительский дом, приезжали лишь в отпуск, по лету”.

Дети отдалились не только от родных мест, но и от матери.

“. в годы войдя, стал ездить чаще: на зимних каникулах, на октябрьские праздники да майские. Он зимой и летом рыбачил в Дону, грибы собирал, катался на коньках да лыжах, дружил с уличными ребятами – словом, не скучал”.

Внука тянет к родным истокам, к родному человеку.

2. Как это отражается на жизни бабы Дуни?

“ И снова баба Дуня осталась одна”. Ведет хозяйство одна, ей физически трудно. Но главное – она одинока. И это одиночество тяжело давит на нее. Жизнь течет однообразно. Ей нечем отвлечься от тяжелых воспоминаний, и они берут верх над ней.

Ей очень не хватает детей. Она их вырастила с такой любовью, всю душу вложила в них, боролась за них, спасла их в трудные военные и послевоенные годы.

“Внук приехал. А баба Дуня, разом оживев, резво суетилась в доме: варила щи, пирожки затевала, доставала варенья да компоты. Лежала на диване рубашка внука, книжки его – на столе, сумка брошена у порога – все не на месте, вразлад. И живым духом веяло в доме”. С Гришкиным приездом она про хвори забыла. День летел не видя, в суете и заботах.

С приездом внука она преображалась, молодела душой. Было с кем поговорить, для кого готовить, о ком заботиться.

3. Как они переносят тревожный сон бабы Дуни?

“Конечно, все понимали, что виновата старость и несладкая жизнь. С войной и голодом. Понимать понимали, но от этого было не легче. Приезжала баба Дуня, и взрослые, считай, ночь напролет не спали. Хорошего мало”.

Приезд матери им в тягость.

На предупреждение бабушки отвечает: “Я ничего не слышу. Сплю мертвым сном”. Когда бабушка переживает, что будила его ночью два раза, Гриша говорит: “В голову не бери. Высплюсь, какие мои годы. ”.

Ему не в тягость просыпаться ночью от тревожных криков бабушки. Он думает не о себе, а о бабушке.

4. В чем проявляется их забота?

“Водили ее к врачам, те прописывали лекарства. Ничего не помогало”.

Не вникают в ее состояние. Ограничиваются обращением к врачу, к лекарствам.

“Сейчас, со стороны, она казалась такой слабой и одинокой. А тут еще ночи в слезах. ” Допытывается: “Ты вправду плачешь?”. “. это только снится, или это было?”. Старается понять ее. Обдумывает, как ей помочь.

Жалеет, любит бабушку. Понимает ее сердцем.

5. Как успокаивали бабу Дуню?

“Она лишь начнет с вечера говорить, а ты крикни: «“Молчать!” Она перестанет. Мы пробовали”.

“Мы” – это родители Гриши: невестка бабы Дуни, не родной ей человек, и сын Петяня, видимо, целиком доверившийся своей жене.

Они действовали в духе того жестокого военного времени. Своим криком – приказом они лишь усиливали ее страх, горечь, душевную боль.

“. опустился на колени перед кроватью и стал убеждать мягко, ласково. ”. “Гриша словно увидел темную улицу и женщину во тьме. ”. “. настойчиво повторял” слова.

Гриша не кричит, а действует гипнотически, с помощью внушения. Он как бы переносится в тревожный мир бабушки, вживается в образ. Он действительно любит и хочет освободить родного человека от тягостного душевного состояния.

6. Как относятся к прошлому?

“Про старые годы вспоминал отец. Но для него они прошли”. “Все люди прожили горькое и забыли”.

Видимо, прошлую горькую жизнь сын не прочувствовал до конца. Все тяжести и горести той жизни мать взвалила на свои плечи. Оберегала детей, сколько могла. Даже на сборы желудей ходила одна.

“Слезы катились и катились. Сердце болело и ныло, жалея бабу Дуню и кого-то еще. Он не спал, но находился в странном забытьи, словно в годах далеких, иных, и в жизни чужой, и виделось ему там, в этой жизни такое горькое, такая беда и печаль, что он не мог не плакать. «

Внук наделен острым чувством любви и жалости, способностью сострадать горю близкого и любимого человека.

В результате проведенного сопоставительного анализа учащиеся приходят к выводу, что Гриша, в отличие от родителей, понимает бабушку всем сердцем. У мальчика отзывчивая, чуткая душа. Не зря автор несколько раз употребляет в тексте слово “сердце” по отношению к Грише. И по заданию учителя дети находят эти предложения:

“Гриша мельком, но явственно вспомнил лицо бабушки в полутьме, в слезах. Воспоминание резануло по сердцу. ”

“Когда Гриша шел домой после разговора с мамой, он думал про бабушку”, “и думать про нее было больно”.

“Гриша шел, раздумывая, и в душе его что-то теплело и таяло, что-то жгло и жгло. ”

“Сердце мальчика облилось жалостью и болью”.

“Слезы шли от сердца, потому что сердце болело и ныло, жалея бабу Дуню и кого-то еще. ”

Учитель: Как вы понимаете: “. жалея бабу Дуню и кого-то еще. ”?

(Гриша своим отзывчивым сердцем любит и жалеет не только родную бабушку. Его жалость распространяется и на других матерей, по чьим судьбам пронеслась война.)

Учитель: Значит, Гриша всем своим большим сердцем и душой понимает и остро чувствует всю ту боль, которую претерпели многие матери военного времени.

По завершении проделанной работы проводится обобщающая беседа.

Учитель: Чем объяснить, что Гриша нашел единственно верный способ исцеления бабушки?

(Тем, что он намного близок к бабушке, чем его отец, ее сын. Мальчик любит бабушку и хорошо понимает ее состояние, вживается в ее душу).

Учитель: Как он себя ведет? Какова его роль, интонация?

(Гриша ведет себя как человек, который действительно любит и хочет помочь родному человеку. Гриша не кричит, а действует гипнотически, с помощью внушения, говорит, как приказывает, но в то же время спокойно, мягко и убедительно).

Учитель: Почему Гриша решил, что надо “делать и молчать”?

(Если он расскажет, бабушка перестанет верить ему во сне, и исцеление никогда не наступит. Поэтому он решает молчать. “Это должно остаться и умереть в нем”).

Учитель: О чем говорит вам название рассказа? Как вы понимаете смысл заглавия?

(Баба Дуня мучается ночью. Она страдает от тревожных снов. Гриша действует ночью. И он будет действовать, избавлять бабушку от мук еще не одну ночь. Но когда-нибудь наступит она, последняя ночь, когда баба Дуня полностью успокоится, исцелится.)

Учитель: Исцеление – это полное выздоровление не только от физической боли, страданий, но и от моральной, душевной раны. Гриша выступает в роли целителя, того, кто вылечивает силой внушения. И главное, он верит в свои силы, надеется на лучший исход. А кто верит, у того многое получается.

Учитель: Итак, какой вывод можно сделать в конце нашего анализа? Мы поняли, что близкий родной человек – мать – не должна оставаться одна при живых детях и внуках. Она отдала им всю свою жизнь. Теперь настал их черед заботиться о матери в знак благодарности за ее заботу о них. Обязательно рядом должен быть человек – опора, поддержка в трудную минуту.

Огромную роль играет власть войны. Тяжелое время, горе, пережитое во время войны не отпускает бабу Дуню, оно крепко осело в ее памяти, в душе.

Боль бабы Дуни не физическая, а душевная (ей врачи и лекарства не помогли). Душевную рану можно излечить только любовью, лаской, мягким, чутким отношением. Сможет ли Гриша стать ее опорой, поддержкой? Сохранит ли он в себе лучшие душевные качества?

(Да, мы уверены, что Гриша останется таким чутким и отзывчивым и дальше, он пронесет тепло своего сердца через всю жизнь и будет дарить любовь всем окружающим его людям.)

Учитель: Пусть Гриша послужит вам примером чуткости, отзывчивости, доброты. Учитесь у него. Побольше читайте о своих сверстниках, размышляйте об их поступках, о жизни.

Домашнее задание: написать отзыв-рецензию о прочитанном произведении и проиллюстрировать понравившийся эпизод.

Урок показал, что такое произведение с глубоким содержанием не прошло мимо детских душ, оно действительно оставило след в их сердце. Ученики поняли, что с детством кончаются уличные игры, пустое времяпровождение, что с юностью наступает пора размышлений о будущем, заботы о родных. Поняли, что такое родные просторы, родной человек, безграничная любовь к нему и желание помочь, прийти на помощь в трудную минуту.


Статьи по теме